gella_arye: (Domina)
[personal profile] gella_arye
Поэт Михаил Светлов, автор знаменитой «Гренады», был известен своим друзьям как человек невероятно остроумный, готовый пошутить по любому поводу. Однако за юмором Светлова всегда скрывалась грусть.







Михаил Светлов. 1954 г. (Фото Н. Кочнева)


"Михаил Светлов вытеснил из памяти современников свое комсомольское романтическое прошлое, оставшись автором ярких шуток и афоризмов, притч, каламбуров, передаваемых по сей день из уст в уста. Под конец жизни миру явился ироничный мудрец, с печальной усмешкой оглядывающийся на свое и общее наше прошлое."
Из книги Натальи Громовой
"Скатерть Лидии Либединской"



"Под старость я превратился в нечто среднее между Ходжой Насреддином и нашим клубным парикмахером Маргулисом. Им приписывают чужие остроты. Мне тоже."
Михаил Светлов


В своей ранней автобиографии Михаил Светлов (Шейнкман) иронически писал:
«Я, Михаил Аркадьевич Светлов, родился в 1903 году 4/17 июля. Отец — буржуа, мелкий, даже очень мелкий. Он собирал 10 знакомых евреев и создавал «Акционерное общество». Акционерное общество покупало пуд гнилых груш и распродавало его пофунтно. Разница между расходом и приходом шла на мое образование.
Знакомство с литературой произошло случайно: отец приволок в дом кучу классиков с тем, чтобы пустить бумагу на кульки для семечек. Юный Светлов охнул и договорился с отцом: сначала он читает, а потом родитель заворачивает. Так он приобщился к литературе.
И еще любил рассказывать: «В детстве я учился у меламеда. Платили ему пять рублей. И вдруг отец узнал, что в соседнем местечке берут три. Он пришел к меламеду и сказал: „Хорошо, пять так пять. Но за эти деньги обучи его русской грамоте“.
— Так я и стал, — заключал Светлов, — русским писателем».

"Неужели я столько понаиздавал? Я же давно должен был стать богачом! А между тем, когда я умру, вскрытие покажет, что у покойника не было за душой ни копейки."

— Об одном стихотворении, — рассказывал Михаил Светлов, — можно сказать, что я работал над ним более полугода. Это было летом. Я проснулся. Пришла рифма. Бумаги под рукой не оказалось, и я стал писать на перекидном календаре. Писал, зачеркивал, снова писал... Под утро, когда стихотворение было закончено, смотрю — уже декабрь!

"Поэт стремится напоить читателя из чистого родника поэзии, но он не может это сделать, прежде чем там не выкупается редактор."

Светлов сделал подборку переводов молдавских поэтов для кишиневского издательства. С гонораром случилась большая задержка. Устав ждать, Михаил Аркадьевич послал в издательство угрожающую телеграмму: «В случае невыплаты денег в ближайшее время я переведу ваших поэтов обратно на молдавский». Гонорар прислали на следующий день телеграфом.

"Вы любите меня за то, что я могу прожить без самого необходимого, но без лишнего не могу."

Светлов постоянно пребывал в состоянии легкого опьянения. О причине своего пристрастия к алкоголю он рассказывал так. Во второй половине 20-х годов его вызвали в ГПУ и предложили быть осведомителем, разумеется, под красивым предлогом «спасения революции от врагов». Светлов отказался, сославшись на то, что он тайный алкоголик и не умеет хранить тайны. Из ГПУ он прямиком направился в ресторан «Арагви», где сделал все, чтобы выйти оттуда на бровях.
— С той поры, — говорил Светлов, — мне ничего не оставалось делать, как поддерживать эту репутацию.

"- Михаил Аркадьевич, смените гнев на милость. - Я каждый день меняю гнев на милость, и именно на эти средства я живу."

Литературовед Борис Бялик рассказывает такой эпизод.
Во время войны они с Михаилом Светловым были на передовой. Светлов читал бойцам стихи. Начался воздушный налёт. Бомбы падали близко, но никто не ушёл в укрытие. Светлов дочитал стихотворение до конца. К счастью, всё окончилось благополучно, и никто не пострадал.
Бялик спросил его:
— Неужели тебе не было страшно?
— Нет! — ответил Михаил Аркадьевич. — Но я заметил, что в моём стихотворении есть длинноты.




Михаил Светлов. Дружеский шарж И.Игина


После войны, по подсказке КГБ, Светлову не разрешали выезжать за границу, ссылаясь на то, что он пьет и что у него нет «международного опыта». Узнав, откуда ветер дует, поэт рассмеялся: «Там забыли, что я однажды уже был за границей — вместе с Красной Армией дошел до Берлина».

"Старик, послушай, кажется, я сочинил что-то маловысокохудожественное."

При обсуждении повести Казакевича «Звезда» писательница А. сказала:
— Удивительно! Говорят, раньше он писал посредственные еврейские стихи, а теперь у него великолепная русская проза.
— Дорогая, — ответил ей Светлов, — не перейти ли тебе на еврейские стихи?

"Уверяю вас, он не такой дурак, каким он вам покажется, когда вы его больше узнаете."

Принимали в Союз писателей поэта, человека малоспособного, но пробивного. Светлов высказался против. Кто-то защищал:
— Но ведь его стихи посвящены важной, солдатской теме.
— Когда я читаю хорошие стихи о войне, — возразил Светлов, — я вижу: если ползет солдат, то это ползет солдат. А тут ползет кандидат в Союз писателей.

"Вчера мне исполнилось сорок лет. Я мертвый Пушкин, мертвый Лермонтов и бешено догоняю Тютчева."

В начале 60-х годов на правлении Союза писателей разбирали за пьянку и дебош молодого поэта. Тот долго и уныло ноет в свое оправдание, что творческий человек не может не пить, его эмоции того требуют... «Достоевский пил, — перечисляет он, — Апухтин пил, Толстой пил, Бетховен пил, Моцарт пил...»
Тут кому-то из «судей» надоело, и чтобы прервать это занудство, он спросил:
— А что, интересно, Моцарт пил?
Михаил Светлов, до этого мирно кемаривший в углу с похмелья, тут же встрепенулся и ответил:
— А что ему Сальери наливал, то он и пил!

"Как-то вечером к Светлову подошли два японца:
- Скажите, где тут ближайший ночной бар?
- В Хельсинки."


Автор детективной пьесы, сразу прошедшей во многих театрах, купил массивные золотые часы с массивным золотым браслетом. Увидев это сооружение, Светлов усмехнулся:
— Старик, — сказал он, — а не пропить ли нам секундную стрелку?

"И золотые зубы выпадают."

В Центральном доме литераторов отмечали тридцатилетие весьма заурядного поэта N. Один из его приятелей и коллег по профессии выступил и, поздравляя юбиляра, с долей иронии сказал, что поэт N. — хороший парень, добрый товарищ и в этот торжественный день он приглашает всех присутствующих на банкет в ресторан. Затем он торжественно сообщил:
— Самым знаменательным событием в жизни юбиляра является то, что он родился в тот же день, когда умер великий русский поэт Сергей Есенин.
Михаил Светлов тут же очень тихо заметил:
— Да, да. Беда никогда не приходит одна, — и сразу ушел в буфет пить пиво.

"Один режиссер, слывший новатором, не оправдал эту свою славу в сценической практике. Светлов назвал его «уцененным Мейерхольдом»."

В гостинице, Литва, 1957:
Огнев: — Ну вот. Брюки повесим, завтра придёт девушка, погладит их, помялись.
Светлов, уже засыпая: — Старик, лучше сделаем так — пусть погладит меня, а брюки повисят сами...

"Мещанство - это облачко, возомнившее себя тучей. А в чем трагедия тучи? В том, что она с детства хотела быть облаком."

В ресторане «Тульпе», Каунас, 1957:
Огнев незаметно убрал бутылку водки со стола под стол (Светлову вредно пить). Светлов: «Э, тут стояла бутылка!» Подымает край скатерти. «Хорошо, — говорит Огнев, — так и быть, но только — одну каплю». Светлов философично: «Старик, а что такое бутылка? Одна капля. Только большая».

"Каждый поэт мечтает написать такое стихотворение, которое хотелось бы читать шепотом."

Однажды Александр Ревич выпивал в ресторане ЦДЛ с Михаилом Светловым . Светлов сказал:
— Сейчас я прочту вам новые стихи. По-моему, удачные. Жаль только, что их нельзя напечатать.
Достал какую-то смятую бумажку, вздел на нос очки и прочёл. Стихи были неплохие, очень печальные.
— Хорошие стихи, — сказал Ревич. — Но почему вы решили, что их нельзя напечатать? Очень даже можно.
Светлов внимательно посмотрел на Ревича:
— Вы в этом уверены?
— Конечно!
И Светлов заплакал. И сказал сквозь слёзы:
— Всю жизнь мечтал написать стихи, которые нельзя напечатать...




Михаил Светлов. Дружеский шарж Н. Лисогорского


Из воспоминаний Варлама Шаламова.
Светлов встал, протягивая мне руку:
— Подождите. Я вам кое-что скажу. Я, может быть, плохой поэт, но я никогда ни на кого не донес, ни на кого ничего не написал.
Я подумал, что для тех лет это немалая заслуга — потрудней, пожалуй, чем написать «Гренаду».

"Бывают не только толстые и тонкие люди. Бывают люди среднего веса. Людям среднего веса хочется быть одинаковыми по отношению к добру и злу. Они готовы разделить с человеком подушку во время сна. Но на собрании они поддерживают резолюцию, осуждающую человека, спящего с ними на одной подушке. Страшные люди!"




Михаил Светлов. Дружеский шарж И.Игина


"Поэт Сергей Орлов подарил Светлову свою книгу «Колесо».
- Старик, — сказал Светлов, — еще три колеса и... машина!"


Незадолго до смерти Светлов пришел в Дом литераторов на концерт Марлен Дитрих. К нему подбежал элегантный кинокритик:
- Ну, Мишенька, как тебе Марлен?
- Дурачок, - покачал головой Светлов, - разве я пришел слушать Марлен Дитрих? Я шел на всех вас поглядеть, посидеть в этом кресле... Пока еще ноги ходят.
- Ну что ты, милый! Мы тебя еще не раз увидим в этих стенах.
Светлов сказал очень тихо:
- Что бы ни было, эти стены, как минимум, еще один раз меня увидят. Но увижу ли я их?

"Мания величия - это когда мышь вообразила себя кошкой и сама себя съела."

Очень известен светловский звонок друзьям из больницы: «Старики, привезите пива — рак у меня уже есть!..»
Артист Гушанский принес ему в больницу бутылку «Боржоми». Светлов потыкал пальцем в этикетку и слабеющим голосом сказал: «Вот скоро и я буду... как здесь написано...» Гушанский посмотрел на этикетку — Светлов показывал на текст: «Хранить в темном холодном месте в горизонтальном положении...».

"- Знаешь, старик Ваншенкин, - спросил Светлов, - какая разница между модой и славой? Мода никогда не бывает посмертной. Посмертной бывает только слава..."

Рассказывает старая актриса...
Приходим мы с Борисом Слуцким в больницу к умирающему Светлову.
В палате у него порхают какие-то девушки в кожаных юбочках. Светлов был уже очень слаб, во время разговора попросил Слуцкого наклониться к нему и некоторое время что-то ему шептал. Наконец Слуцкий отпрянул и бросился к окну, давясь от смеха.
Я подошла к нему и спросила:
— В чём дело, Борис?
Кое-как одолев пароксизмы смеха, Слуцкий прочёл мне четверостишие:
Пора бы приняться за дело —
И девочки есть, и кровать.
Но х.., как солдат под обстрелом,
Никак не желает вставать!

"Сотрудники фронтовой газеты «На разгром врага» произнесли тост за Светлова:
- За единственного поэта-неорденоносца.
Михаил Аркадьевич:
- А Пушкин?"


После смерти Светлова вышел номер звучащего журнала «Кругозор». В нем оказалась последняя запись голоса Светлова. Редакция сохранила все, даже те слова, которые Михаил Аркадьевич произнес, когда журналисты попросили его сперва сказать что-нибудь «для пробы».
- Здравствуйте, босяки, - сказал Светлов. - Перед вами живой поэт. Еле живой... Устраивает вас?




Михаил Светлов на своем юбилее. 1963 г.
(Фото Н. Лаврентьева)



Сегодня на доме Светлова в проезде Художественного театра висит мемориальная доска: характерный светловский профиль, стандартный текст... Мало кто знает, что Светлов сам под конец своей жизни предложил два варианта надписи на этой доске. Первый: «В этом доме жил и не работал Михаил Светлов...», а второй: «Здесь жил и от этого умер...», далее по тексту.




Источник:
Источник:
Источник:

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Thursday, September 21st, 2017 22:59
Powered by Dreamwidth Studios